Штирлиц всегда знал, что лучше один раз подслушать, чем сто раз услышать.

Штирлиц шел по улице и вдруг увидел нескольких мужчин с темной кожей, длинными бородами, в чалмах.
"Летчики", - подумал Штирлиц.

Штирлиц перешел границу незаметно. Об этом он узнал из утренных газет.

Штирлиц шел с женой по улице. Раздался выстрел. Жена упала. Штирлиц насторожился.

Штирлиц шел по лесу, вдруг в кустах услышал шипение.- Змея - подумал Штирлиц и выпустил всю обойму в кусты. Только спустя
час он вспомния что Пастер Шлаг так и ненаучился свистеть.

Штирлиц и Борман вышли из бара. Что, может девочек снимем - сказал Штирлиц?
Добрый ты, сказал Борман, пускай до утра повисят.

Мюллер раскрыл явку Штирлица, но получил по морде и больше не брал чужих сигарет.

Штирлиц ехал на машине по берегу моря.
"Выйду посмотрю отлив на море" - подумал Штирлиц... и отлив, посмотрел.

Встретив Штирлица, Мюллер упал в обморок.
- Бывает, - подумал Штирлиц и поправил на голове буденовку.

Штирлиц тешил себя надеждой. Надежда постанывала.

Штирлиц не любил пользоваться мылом.
Предпочитал рацию...

Штирлиц сидел в камере гестапо и мучительно соображал. Пианистка Кэт, прикованная к пианино, томилась в застенках, всех связных повязали, добродушный Плейшнер небрежно провалил все явки, Шлаг отмывал наличку в Швейцарии... Вздохнув, Штирлиц достал "сотку" и проговорил:
- Алло, Юстас? У меня проблемы с чемоданом. Организуй мне двух свидетелей-гаишников. Плачу рейхсмарками!

Штирлиц вошел во вкус и больше уже не возвращался.

Темной, промозглой ночью Штирлиц шел в Дрезден, с трудом разбирая
дорогу. На утро железная дорога между Дрезденом и Берлином была
полностью разобрана.

Штирлиц и Мюллер любили брать машину и кататься на ней по очереди.
Иногда очередь успевала разбегаться.