Как мне надоела эта дурная привычка, подумал Штирлиц, просыпаясь 10-ый раз ночью через полчаса.

- Где ключ от сейфа!? - заорал Штирлиц и врезал Мюллеру в ухо. - Кстати, у вас не найдется канцелярских скрепок?
Голос за кадром:
- Штирлиц знал, что запоминается только последняя фраза.

Штирлиц чесал пятку. До него пятку прочесали 33 местных наркомана.

Штирлиц шел по лесу и увидел мужика в фуфайке и на лыжах. "Фуфлыжник"- подумал Штирлиц.

Штирлиц сидел в камере смертников и как мог оттягивал свой конец.

Штирлиц бежал по лесу и напоролся на сук. У
них и заночевал.

Штирлиц выглянул из бункера. На стене были написаны русские матерные слова. "Или мне снится, что я в Москве, или наши взяли Берлин" - решил он.

Мюллер спросил у Штирлица - правда ли, что радистка Кэт дала ему показания?
- Показала, но не дала - сухо ответил Штирлиц.

Мюллер знал, что русские, размешав сахар, оставляют ложку в стакане. Пытаясь разоблачить Штирлица, Мюллер наблюдал за ним в кафе. Штирлиц взял стакан с чаем, размешал сахар, вынул ложечку, положил ее на блюдце и показал Мюллеру язык.

"Документы на стол! - закричал Штирлиц и врезал Мюллеру в ухо. - Кстати, Мюллер, не найдется ли у Вас канцелярских скрепок?"
Голос за кадром: Штирлиц знал, что лучше всего запоминается последняя фраза, и если Мюллера спросят, зачем приходил Штирлиц, тот ответит: "За канцелярскими скрепками".

Апрель 1945 года. Поражение Германии очевидно. Гитлер ходит по рейхсканцелярии и везде видит одну и ту же картину: офицеры пьянствуют и даже не обращают внимания на своего фюрера. Но зайдя в один из кабинетов, Гитлер обнаруживает Штирлица, который сидит за столом и работает. Увидев главу Третьего Рейха, Штирлиц вскакивает, вскидывает руку и выкрикивает: "Хайль Гитлер!" В ответ фюрер устало произносит:
"Максимыч, ну хоть бы ты-то не подкалывал."

"Сколько будет дважды два?" - спросил Мюллер. Штирлиц задумался. Он, конечно, знал, сколько будет дважды два, ему об этом недавно сообщили из центра, но он не знал, знает ли это Мюллер. И если знает, то кто ему сказал. Может быть Кальтебрунер? Тогда переговоры с Даллесом зашли в тупик.

Шел как-то Штирлиц по вечернему Берлину с красным флагом в руках. Мимо проезжали эсэсовцы на мотоциклах.
- Байкеры, - подумал Штирлиц.
- Неформал, - подумали эсэсовцы.

Штирлиц и Мюллер. Мюллер говорит:
- Борман - русский.
- Откуда вы знаете, давайте его проверим.
Протянули веревку. Идет Борман, споткнулся о веревку и упал, кричит:
- Мать вашу!..
Мюллер:
- Ни хрена себе!
Штирлиц:
- Тише, тише, товарищи!

Теплым осенним вечером Штирлиц с супругой шли по центральной улице Берлина. Раздался выстрел. Жена упала. Штирлиц насторожился.